Я вижу, как дышат муравьи!

Когда я вспоминаю о своей лазерной операции,на ум приходит один диалог, который произошел между моими родителями тридцать лет назад:
Отец: «У меня фантастический слух!»
Мама: «Дааа??? И что же ты слышишь?»
Отец: «Я слышу, как дышат муравьи!»

В послеоперационный день, на обследовании, когда я сказала, что вижу разные вещи теперь очень четко, доктор Хаавель спросил у меня, что же я вижу. В этот момент возникло искушение сказать ему, что я вижу, как  дышат муравьи. На самом деле я видела всякие вещи, даже удивительно маленькие. Мир стал более четким и цветным. Видела ночью, стоя у кровати сыночка, сколько времени, видела, что в окнах соседнего дома нет жалюзи, а только шторы, видела в кроне дерева листочки и много-много других деталей, которых раньше для меня не существовало.Все панорамные виды вдруг стали очень четкими, цвета были ярче, небо синее, трава зеленее и солнце желтее.

Я уже давно планировала сделать эту операцию, но по разным причинам все время откладывала на потом. Сначала моя близорукость прогрессировала на 0,25 единицы в год,потом я была беременна, а позже кормила грудью. Стоит сказать, что никогда не откладывала эту операцию из-за страха - я просто не чувствовала страха перед операцией. Возможно, так было потому, что в своей жизни я уже достаточно много перенесла и знала, на что иду. Хотелось избавиться от линз и очков. Чего я действительно боялась, так это предоперационных трех недель, когда проводилось обследование, и мне нельзя было носить линзы. Ох, на тренировках всегда запотевали очки!

В операционный день у меня было приятное чувство ожидания по двум причинам. Во-первых, было, конечно, здорово, что я после такого длительного периода ожидания все-таки сделаю это. Больше не будет этих туманных просыпаний по утрам, вечерних вылавливаний линз из глаз и многих других неудобств, которые приносит ношение линз или очков и  которые я терпела  в течение десяти лет.

С точки зрения пациента, процедура не была особенно тривиальной. Единственное, что делало процедуру особенной, это то, что действие происходило внутри глаза. Никакой боли не было, и то чувство небольшого дискомфорта, которое возникало в некоторые моменты, способен выдержать каждый. Я старалась  думать о том, что через полчаса все уже будет позади. Но хирург был очень разговорчивый, и все прошло незаметно… Только в какой-то момент, когда лазер действительно используется, может,меньше минуты на оба глаза, появляется неприятный запах.

Хронологического порядка действий в голове не отложилось, потому что не было времени обращать на это внимание. Все время приходилось думать об ответах на сложные вопросы по поводу моей сферы деятельности и удовлетворения своей работой. Я, разумеется, не была очень хорошим партнером для поддержания беседы, лежа на операционном столе, но у этой беседы была другая цель И вот прозвучали  слова хирурга:« все в абсолютном порядке», а  в душе интерес, что же я теперь увижу, когда разомкну веки.

Вторая причина, по которой я ждала операционного дня, была  более прозаичной, привнеся, однако, в этот день определенный эмоциональный фон, - это был мой день. Будучи матерью полуторагодовалого сына, редко получаешь возможность уделять себе столько внимания. После операции нужно 4 часа быть с закрытыми глазами. Засыпать не советуется, потому что каждый час нужно капать капли и ни в коем случае нельзя тереть глаза. С утра я отправила ребенка к бабушке и эти четыре послеоперационных часа наслаждалась хорошей музыкой в выданной клиникой повязке на глаза - невероятно хорошо.

Полными четырьмя часами послеоперационного времени я насладиться не успела, потому что в левом глазу появилось колющее чувство. Как будто в глазу была контактная линза... Глаз слезоточил. Я знала, что тереть глаз ни в коем случае нельзя - после операции я не осмеливалась дотронуться даже до носа. И когда зрение стало полностью ясным, не было повода и думать о том, чтобы  тереть глаза. Поскольку в правом глазу не ощущалось никакого неудобства, я начала сомневаться в том, что все в порядке. Позвонила по данному мне круглосуточному телефону поддержки, чтобы убедиться ,все ли в порядке. Мне сказали, что глаза могут реагировать по-разному, и посоветовали принять выданное мне обезболивающее. Немного успокоившись, спустя пять часов, когда муж с сыном приехали домой, я уже была способна спокойно заниматься ребенком.

Сильного раздражения я больше не ощущала, хотя неприятное ощущение в левом глазу осталось еще на несколько дней. Временами оно то пропадало, то появлялось снова. Как и было предписано, капала в глаза увлажняющие капли, но не могу сказать, чтобы они приносили большую пользу – всё равно было чувство,что в глазу что-то мешает.На пятый день после операции я еще раз позвонила по телефону поддержки, пожаловавшись на то,что в глазу что-то колет,но ответ был тем же: глаза восстанавливаются по-разному. И все- таки мне сказали, что если в течение нескольких дней ощущение не пройдет, можно показаться врачу.

На осмотр к врачу я все-таки не пошла, потому что в течение некоторого времени все наладилось, и теперь все в порядке. И я вижу, я вижу, я вижу!!!

Две недели я была очень внимательна: спала с предписанной мне защитой для глаз каждую ночь, носила защитные очки, чтобы ничего не попало в глаза, особенно когда готовила еду или играла с ребенком в песочнице. На тренировку также не ходила в течение двух недель, потому что пот не должен был попадать в глаза и нельзя было поднимать тяжести - а по-другому и не позаниматься на тренировке bodypump. К счастью, у меня не было особенной чувствительности к свету. В любом случае, сейчас, по прошествии месяца после операции, мне достаточно по утрам закапывать увлажняющие капли.

Но видела я (и вижу до сих пор) действительно хорошо! Вижу и вблизи, и вдалеке. На обоих осмотрах я уже хорошо видела обоими глазами даже самую нижнюю строчку. Иногда я вспоминаю, как одна подружка, которая сделала похожую операцию пару лет назад, сказала: «Наслаждайся этим чувством, что ты всё видишь. Пройдет какое-то время, и ты настолько привыкнешь, что больше не будешь обращать на это никакого внимания».  И действительно, «какое-то время» пролетело неожиданно быстро. Уже через пару недель после операции это ощущалось как нечто вполне естественное. И пусть зрение, хорошее зрение, будет для человека естественным, потому что так и должно быть. Также должно быть неестественным, если ты все-таки не видишь. Ни одним из вспомогательных средств - ни очками, ни линзами, невозможно этого возместить. И только теперь я понимаю, как неестественно это, когда ты всё-таки не видишь. Поэтому я иногда напоминаю себе, как я счастлива, что у меня снова есть возможность наблюдать мир таким, каким он был создан.

Пирет Р.